Лямур и Люба

Вначале было Моно, и как всё-таки хорошо, что, оставшись в одиночестве, человек не боится говорить с самим собой и писать незнакомцам-родным. Иначе не было бы спектакля Маргариты Бычковой «Про любовь», и XI фестиваля «Монокль» тоже не было бы. А так подумать о чувствах 4 февраля и подсмотреть за шукшинской героиней-чудачкой – советской Ассоль по имени Люба – зрители смогли на малой сцене Театра им. В.Ф. Комиссаржевской, что превратилась на время в чайную.

EbLYa_MuHNw

Неистово жизненно играет и создаёт свою Любу Байкалову актриса Елена Андреева. Зрителю словно выпадает возможность перенестись в прошлое главной героини «Калины Красной» Василия Макаровича Шукшина и увидеть то, что автором не описано. И за чётко выверенной сюжетной линией – перепиской деревенской девушки с арестантом Егором – постепенно проявляются еще несколько линий сюжета.

Портрет седого деда в жёлтой рубахе, написанный «по-советски», – напоминание о том, что отчуждение неизменно появляется между родными, если «все слова сказаны» в пустоту. Молчаливый персонаж-сельчанин, который лишь изредка появляется в дверном проёме, – смешной «чудак» в исполнении Эдвига Нугиса. Он не отбирает право на часть слова «Моно» на афише, а лишь красноречиво молчит, загадочно улыбается, приносит в чайную ящики и берёт на себя мужскую работу. Этот герой, похожий на шебутного веселого мальчишку, словно напоминает о существовании жизни и любви там, за окнами. А Люба Байкалова, с глубокими глазами и детско-мечтательной улыбкой, всё так же пишет принцу-арестанту и, склонившись над конвертом, раз за разом выводит: «Егору Прокудину». Иллюзии и надежды в ожидании любви едут на почту.

Режиссёр Маргарита Бычкова легко и серьёзно играет со временем: осень, зима, весна. Никаких спецэффектов, только окошко на «улицу» с оживающими домиками и деревьями «по погоде». Героиня на сцене танцует и поёт, передразнивает голос из магнитофона, меняет скатерть на столе и добродушно посмеивается над односельчанами. Статная девушка с пучком на голове, лишённая «вялости ползучей», кажется порой неловкой и немного смешной: эмоции для человека за тысячу вёрст, которого знаешь только по письмам, – такую честность видеть непривычно.

В спектакле одного актёра интерьер делает половину дела: невольно обращаешь внимание на вазочки, графины и бюст Ленина на полке. Всё просто и без изысков – подчёркнутая незамысловатость обстановки, а также искренность героини, не отделимой от этой обстановки, складываются в цельный «сельский» образ. История на сцене красиво-проста, без надрыва, но с трагедией. Такой, наверное, хотел бы её увидеть Шукшин, писавший о людях жизни. От зрителя не требуется усилий умственных. Душевной открытости на полтора часа вполне достаточно.

Сценограф (он же художник по костюмам) Александр Горенштейн, Владлен Неплох и Ульяна Веряскина, поработавшие над музыкальным оформлением, уже выделили для нас точки напряжения, подчеркнув их то песней Джо Дассена, то ярко-красными сапогами (радость от приобретения которых, однако, быстро превращается в юмореску-послание Егору). Да и вообще, абсолютно все события, происходящие в мире новой Любы Байкаловой, можно было бы связать со словом «любовь» – «l’amour», как звучит она из проигрывателя 70-х годов. А какая эта «лямур» бывает, каждый решает сам.

Текст: Ольга Минеева