Стоит один раз поддаться искушению, как в следующий раз оно победит вас само.

1 апреля в день рождения Н.В.Гоголя в Учебном театре «На Моховой» прошла премьера постановки фантасмагории по повести Гоголя «Вий». Давайте посмотрим, что нового привнесли создатели спектакля в эту мистическую, актуальную, но столь популярную в среде режиссеров историю.

в

Известнейший сюжет повести уже привлек внимание десятка режиссеров, поставивших «Вия» в самых разных вариантах: были и серьезные спектакли, и юмористические, и в классическом варианте, и в современной трактовке. «Вий» популярен не только в театре, про ужасное чудовище сняли немало фильмов. Это не удивительно, ведь повесть ужасно привлекательна своей мистической интригой, искусной настолько, что порой сложно провести грань между выдумкой Гоголя и реальностью. И сделать из этого сюжета можно все, что придет постановщикам в голову.

Сюжет известен всем без исключения. Студенты киевской бурсы — богослов Халява, ритор Тиберий Горобец и философ Хома Брут, — заблудившись во время долгого пути от семинарии до дома, попали в дом к самой настоящей ведьме. Один из них оказался под влиянием ведуньи, и ему пришлось с ней сразиться. Но, как оказалось, это было лишь только начало. Все самое страшное стало происходить после ее смерти, когда бедняге  же и пришлось ее отпевать!…

в4Как сила молитвы зависит от силы вашей веры, так и степень реалистичности сюжета напрямую зависит от силы вашего воображения. Поэтому столь разные трактовки «Вия» — и мистические, и «приземленные», — вполне допустимы. По-разному можно трактовать и образ Хомы Брута. В осовремененной версии Учебного театра Хома Брут сражался молитвой до последнего, пока не начинал видеть ангелов, протягивающих ему пенник, пока не мог уже терпеть голода и нарушал обещания, пока не мог больше преодолевать своего любопытства взглянуть в глаза аду. В спектакле темная сила действительно была, но не она погубила Хому, а его неспособность бороться с искушениями.

К слову о темной силе, она был мастерски создана видеодизайнером Артемием Кушулуном. Декорации к спектаклю были максимально простыми, но игра со светом Рачи Махатаева сделала из них настоящее чудо. А работу режиссера и сценографа выполнил Александр Серенко под руководством педагогического состава Мастерской Анатолия Праудина. Он же и сыграл главную роль Хомы Брута.

В спектакле – истинно гоголевские эмоции: тревога, смех, жалость, страсть. Только любопытство и страх сменились на невоздержанность. Протяни руку – и любой черт предложит тебе выпить, только начни предаваться Бахусу, как нечистая тут как тут. В отличии от гоголевского «Вия», где алкоголь употреблялся для храбрости, герои этого спектакля начинали общение с нечистой, предававшись как раз именно этому искушению. Очень поучительно, но при этом смысл повести немного меняется, не оставляя выбора для размышлений – с чего еще могут начинаться внутренние искушения, разве только с распутного образа жизни?

Уже с самого начала компания вокруг Хомы, меняющая свой образ под стать ситуации, предлагает Хоме выпить. И сразу же начинается вакханалия. Крест превращается в микрофон, аналой — в стойку для синтезатора, вместо молитв звучат декламационные начеты Pink Floyd, а ведьма превращается в прекрасную панночку-соблазнительницу (Софья Капилевич).

в2Страх превращается в желание и нарушение обета, а смелый Хома — в слабовольную натуру, постоянно выпивающую запрещенный напиток. Долг молитвы прерывается желанием оставаться с прекрасной панночкой, а друзья превращаются в демонов-искусителей, подталкивающих Хому на неладные поступки. И спектакль заставляет задуматься, какое из всех этих искушений все-таки наиболее сильное.

Тем не менее, столь символичный крест, постоянно меняющий свое значение на протяжении всего спектакля, остается главным символом веры. Пока он будет стоять ровно – прекрасная небесная музыка, так удачно выбранная Тимофеем Ткачевым, будет звучать миром и пронзительным раскаянием в душе героя. Правда, лишь до следующего глотка горилки.

Времена, когда было страшно смотреть на  Наталью Варлей в экранизации повести 1967 года, остались позади. Пугающая мистическая тема требует нового театра. В наши дни нравы и модели поведения уже совсем не те, что были во времена Гоголя. Изменились и их страхи. Гоголевский Хома боялся потерять храбрость и силу духа, лишиться веры и не устоять от искушений, разрушающих душу. А сейчас нам становится важно сохранить свое внешнее лицо. Даже не лицо, а маску перед другими. Поэтому история, рассказанная труппой Учебного театра «На Моховой», современному зрителю уже более понятна, чем оригинальная повесть Гоголя.

Текст: Кира Шулаева

Фотографии предоставлены пресс-службой театра